Мат и либеральная повестка

Совсем недавно я наткнулся на результаты исследования такого факта, что за последние 20–30 лет употребление мата возросло. Приводился пример того, что шпана 90-х материлась меньше, чем сейчас «респектабельные люди» — менеджеры среднего звена, белые воротнички. В этих исследованиях были найдены корреляции с процессами, которые можно назвать следствием использования мата. Но мне бы хотелось разобраться в причинах. Почему же в последние десятилетия мата стало больше? И как раз сегодня я получил неожиданный ответ.

На очень крупном мероприятии в бизнес-среде, где собралось около 5 тыс. человек, я стал невольным свидетелем разговора двух молодых бизнесменов, которые использовали мат, как вполне обыденный, я бы даже сказал профессиональный слэнг. Я встрял в их разговор, но не с замечанием, а с вопросом: «Почему так?». И у нас завязалась беседа.

Человек оказался родом из Омска, и до приезда в Москву он почти не матерился. Приехав же в столицу, понял, что здесь это — норма, и достаточно быстро адаптировался, принял сложившиеся «правила игры».

И действительно, к уже отмеченной мной закономерности о том, что за последние 30 лет мата стало больше, добавилась ещё одна — в Москве мата больше, чем в провинции.

И дальше в разговоре мы коснулись нескольких аспектов, связанных с матом.

Во-первых, религиозное табу. Мой собеседник считает, что религию надо уважать. При священниках не материться. Но самому следовать этому табу можно только в той мере, в которой ты принимаешь и остальные религиозные требования. Т.е. атеист или даже просто человек, не причисляющий себя к последователям той или иной религии может быть свободен и от этого табу.

Во-вторых, требование закона. Наш светский закон запрещает использование ненормативной лексики в общественных местах (публичное произнесение нецензурной брани приравнивается к мелкому хулиганству, ответственность за которое предусмотрена статьей 20.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации). И мой собеседник выразил своё принципиальное уважение закона, т.е. если кто-то делает ему замечание за мат, ссылаясь на закон, он обязательно перестанет это делать и извинится. Но совсем не прекратит его использовать. «Да, нарушаю…», — сказал он. Но, как он заметил, люди в городе разговаривают, обособляясь на группы. Т.е. люди, участвующие в беседе как бы изолируются от остальных. И если ты, находясь рядом, слышишь общение этих людей, то ты вроде бы уже бессовестно подслушиваешь. Ведь их речь для тебя не предназначена. А если ты с друзьями разговариваешь так, как между вами принято, то это уже вроде бы и не общественное место, а частная беседа.

А дальше было самое интересное. Когда я сказал, что я делаю замечание исходя из того, что мне самому неприятно слышать мат, мой собеседник категорически отверг такой аргумент. «Это вы пытаетесь переложить свои проблемы на меня», — сказал он. По его мнению, если мне что-то не нравится, я должен отойти в сторону или, как он, надеть наушники и не слушать. «Но это же либерализм», — сказал я. На что мой собеседник, немного подумав, дал утвердительный ответ.

И вот здесь я понял эту связь. «Живи, как хочешь и не мешай жить другим» — это самая настоящая либеральная установка. Мы сначала сняли с мата негативную смысловую нагрузку, о которой постоянно говорит любая религия. «Меня, например, больше раздражает южное фрикативное «г», чем мат», — сказал он. После этой «легализации» мата, если кому-то он не нравится, то это его проблемы. И только ради соблюдения закона (а либералы никогда не будут оспаривать закон) они готовы расшаркать ножкой и уступить.

И тут у меня пазлы сложились. Что получила Россия в последние 30 лет? Западный либерализм. Запад также принёс в Россию и свои бизнес-модели. Поэтому большинство бизнесменов почитают либерализм, как необходимое условие, носитель их финансового успеха. А поскольку в Москве соотношение бизнесменов к простым рабочим больше, чем в провинции, то и либеральное позволение на мат в столице более ощутимо.

Такой вывод оказался для меня сегодня достаточно неожиданным, поэтому захотелось сразу по горячим следам им поделиться. Ещё и ещё раз я убеждаюсь в том, что с какой бы стороны не смотреть на либерализм, везде вылезает его демоническая сущность.